2a9c932b

Кондрашова Лариса - Замуж Не Напасть



ЛАРИСА КОНДРАШОВА
ЗАМУЖ НЕ НАПАСТЬ
Аннотация
Подруги… как прожить без них женщине?
С кем поделиться радостью и горем, кому открыть свои самые сокровенные тайны?
Кто поможет пережить трагедию?
Кто поможет обрести счастье?
Перед вами — история ЧЕТЫРЕХ ПОДРУГ…
Женя, рискнувшая уйти от равнодушного, холодного мужа, начинает жизнь — и с удивлением обнаруживает, что красива и ДОСТОЙНА ЛЮБВИ…
Нина, «женившая» на себе слишком благородного парня, страдает от чувства вины…
Юлия, современная Анна Каренина, бросает внешне счастливую семью во имя СТРАСТИ…
Маша, которую болезненно ревнует супруг, живет в ПОСТОЯННОМ СТРАХЕ РАСПРАВЫ…
Четыре женщины. Четыре судьбы. Четыре любви!
Глава 1
— Я подала на развод, — говорит Евгения и смотрит, как на глазах меняется лицо мужа: от обиженного — что можно ждать от тебя хорошего? — до недоумевающего: уходить от меня?!
— Могу я узнать причину? — холодно спрашивает он, вздергивая подбородок.
Что? Причину? От возмущения у нее перехватывает дыхание, и Евгения боится, что открой она сейчас рот — оттуда вылетит лишь задавленный писк. Она идет на кухню, мелкими глотками выпивает полстакана воды — рука у нее дрожит.

И почти бегом возвращается в комнату.
— Причина в том, — выпаливает она, — что ты заставил меня чувствовать себя шлюхой!
— Чувствовать или быть? — спокойно уточняет он и подчеркнуто внимательно смотрит на балконную дверь, будто ожидает, что из нее выйдет высший судия и испепелит неверную жену.
Евгения садится в кресло и опускает глаза, чтобы «любимый муж Аркадий» не увидел плещущей в них ненависти: да, она ненавидит его! Он, как всегда, не понимает ее молчания. Решил, что она уже раскаялась, и потому охотно менторствует:
— Ты насмотрелась дешевой американской порнухи и думаешь, будто жизнь — сплошной секс, а сексуально озабоченная женщина не может быть ни хорошей женой, ни матерью! Где Никита? Опять у бабули?

Чтобы развязать руки мамуле?!
Что он говорит? Во всем обвиняет ее? И то, что она не спит по ночам, а тело ее напрасно томится, значит лишь, что она просто похотливая сучка?!

А то, что у нее в организме все разладилось и она стала раздражительной — при ее прежде веселом и легком характере?
Аркадию сорок шесть лет. Он на десять лет ее старше. Интимные отношения между ними бывают не чаще одного раза в месяц. А когда у Аркадия както были неприятности на работе, они не жили как муж и жена больше полугода…
Неужели в тридцать шесть лет ее жизнь уже кончилась? Неужели как женщина она больше не может вызывать желание? Почемуто все ее естество протестовало против этого!
Евгения всегда за собой следила: это у них в роду. Наверное, умирать будет, попросит, чтобы ей в гробу подкрасили губы… Так вот, тогда она превзошла саму себя — на какие только ухищрения не пускалась! И туалетную воду подбирала особую. Может, думала, на запах среагирует?

И спать ложилась голой! И будить его пыталась — он ведь засыпал, ее не дожидаясь. Все напрасно!
Она ехала в автобусе домой, вспоминала эти свои бесплодные попытки и жарко краснела при мысли, что она так унижалась ради… Собственно, ради чего? Ради удовольствия?
Ее тело. Вот что двигало ею. Это тело не хотело — почти стих! — не хотело подчиняться мысли, что как женщина она уже кончилась. Оно чегото там хотело, это странное тело! Хотело дарить себя.

Отдавать! Радость обладания! Какие красивые слова. А у нее не было радости.

Просто она неинтересна как женщина!
Вот в эту самую минуту ктото и сказал ей в ухо:
— Девушка!
Она вздрогнула от неожиданности — об



Назад